Из-за карантина пока нельзя ходить в походы, вот вам скалы на фотографиях прошлогодних походов.

Гнат Макуха
До козакив

Ой, злитайтэсь, орлы сызи,
Злитайтэсь на раду,
Та зъеднаймося, як ридни,
Згуртуймось до ладу.

Шо нам риднэ и дэ маты,
И чии мы диты,
И докы нам у чужини
Бэз воли сыдиты.

Докы будэм по чужини
Шукать соби доли? —
Вона в стэпу широкому,
На ридному поли.

Вона в стэпу на Кубани,
На широким Дони,
На Тереку, козачая,
В широким раздолли.

Выростала, кохалася,
А дощем мочилась,
Та на трави витром буйным
Дэнь и нич сушилась.

Отам вона козачая;
Туды йты шукаты,
Там наш батько, жинка, диты,
Там ридная маты.

Там е слава батькив наших,
Там е наша воля;
Там край ридный — наша нэня,
А на ньому доля.

Роспускайтэ ж мицни крыла,
Годи так блукаты,
Пора, браты, свое гниздо
Пора вызволяты.

Дон, Кубань та буйный Терек —
Диты, браты мыли!
Еднаймося вси до купы,
Орлы сызокрыли!

Еднаймося вси до купы,
Та будэм лэтиты
До ридного — бо то ж нэня,
А мы йи диты.

Сором бэрэ, як згадаеш,
Шо булы, шо малы —
Сыны славы, цари воли
Наймытамы сталы.

Чи нэ плаче ж ваше сэрце,
Нэ розрыва груды,
Шо кэрують вашим краем
Чужи, лыхи людэ?

Роспускайтэ ж мицни крыла,
До купы злитайтэсь,
Та ридный край, славу, волю
И долю вызволяйтэ!

25 июня 1928 года
журнал «ВК» № 14
стр. 4-5

Любовь Самсонова

Ночь... Безлунье... Темнота...
Степь не дышит, тишина —
Чей-то шорох, чей-то шепот,
Чей-то ласковый смешок...
Ходит, бродит за стеною,
Притаился, ждет грешок.
Разметались змеи-косы,
Гаснет чадная свеча,
Сердце жалят, будто осы —
Грудь под шелком горяча...
Широка постель, да тесно
Телу девичьему в ней,
Сердце слышит чьи-то песни —
Чей-то голос в них звончей.

 — Ах ты, воля, моя воля,
Ах ты, степь моя весной,
Ах ты, девичая доля,
Ах ты, девичий покой!
Чей-то карий глаз тревожит,
Кто-то шепчет — выходи...
И молитва не поможет,
И креста хоть не клади!
Томит, томит эта ночка —
Не заснешь, знать, до утра...
С плеч спустилася сорочка,
Расстрепалася коса.
Палец режет, палец давит
Ненавистный перстенек,
Знать нечистый дух лукавит,
Аль не люб что ль женишок?
Староват маленько что ли?
Али волос не кольцом?
Ах ты, девичая доля,
Ах вы, встречи с казаком!
Ах вы, карие вы очи,
Ах вы, губы, что огонь,
Ах вы, майские вы ночи,
Ах, мой вещий страшный сон!
Коротки те были ночки,
Старый силен та богат,
Не послушалась бы дочка,
Да отец то строговат!
Эх, казачее ты счастье —
Сила есть, да пуст карман —
Уж давненько на несчастье
Не громила басурман!
Расставались, целовались —
Слез то сколько пролила,
Коням под ноги бросалась,
Крест нательный отдала!
Ах ты, воля, моя воля,
Не сломить тебя силком,
Да такая, видно, доля —
Уговором да щипком.

Притаился за стеною,
Ходит, бродит, ждет грешок,
Кто-то шепчет за спиною,
Кто-то жарко в ухо льнет —
Он вернулся, воротился
Молодой казак домой,
В шелк да бархат нарядился,
Да с богатою казной!

25 июня 1928 года
журнал «ВК» № 14
стр. 4

О. Олесь

Морэ, о морэ, прыснысь хоч мэни, —
Сповнэно сэрце отруты...
О, колы б я, хоч в короткому сни,
Змиг твою писню почуты.

Як я люблю твои спевы, твой шум!
Як я тэбэ розумию!
Скилькы мэни ты прыносыло дум,
Як окрыляло надию!

Пэрлы ми ты на бэрэг нэсло,
Срибным дощем обсыпало,
Стэпом, садамы, лугамы цвило,
В кобзу сэбэ обэртало.

Эх, нэ справдылысь надии мои,
Снигом ланы мои вкрыто,
Стыхлы в грудях моих соловьи,
Крыла мэни пэрэбыто.

Морэ, о морэ! Ты вэрнэш мэни,
Тэ, шо нэдоля розбыла.
З пэрламы разом у тэбэ на дни,
Знаю, лэжать мои крыла.

25 июня 1928 года
журнал «ВК» № 14
стр. 3

Борис Кундрюцков
Жар-птица

Прячем средь курганов
Золотистый дар —
Дар — перо от птицы —
Птицы имя — Жар.

Гей, в степи широкой
Кто богатыри?
Вам страшны ли гневом
Жалкие цари?!

Нам ли ночь-папаху
С головы сорвут,
Нам ли панихиды
Ветры отпоют?

То ль мы не знакомы
С мягкими людьми?
И не нам ли ноги
Рвали лошадьми?!

Золотом не купите —
Мы зажгли пожар!
Есть перо от птицы —
Имя птицы — Жар!

25 июня 1928 года
журнал «ВК» № 14
стр. 1

Павел Поляков
Ватажный

Жду... И знаю... Взвоет вьюга
По степям мятель гоня —
В половке найду я друга
Быстрокрылого коня.

И навстречу ветра злобе
Без дороги и без вех —
Не увязнет конь в сугробе,
Не замедлит резвый бег.

У Степанова кургана
Подожду, ребятки, вас.
Эй ты, ночка, — сердце пьяно...
Эй, боярин, — пробил час!

Слышь, боярин, в теплой келье
Не молися, Бог — уснул...

* * *

И не видный за метелью
Огонек под скирд блеснул.

Погодите... Всполошились  
Са-а-рынь на кичку! Бей!
Добре, хлопцы, поживились...
Напоите лошадей...

Что скулят боярски дочки,
Аль ремень сдавил невмочь?
Гей, мятель задуй следочки,
Ты покрой нас, темна ночь!

Эту ночку прогуляю —
Буду весел, буду пьян...
Завтра снова оседлаю...
Я — ватажный атаман.

Завтра — новая отрада,
Завтра — снова весел я...
Вдарим турок из наряда
И из мелкого ружья...

Эх, ты, жизнь донца лихого,
В степи счастье я найду —
Из-под самого Азова
Я ясырок привезу.

Ночь одну — потом — не надо.
Перережу, как туму...
Эх, не жизнь — одна отрада —
Любо сердцу моему.

10 июня 1928 года
журнал «ВК» № 13
стр. 3

П. Крюков
Святыня

На фоне неба голубого,
Сверкая брызгами лучей,
Среди безбережных степей,
Над храмом Господа Живого

Иглой брильянтовой стоит
Высокий крест позолоченный,
Молитвой веры окруженный
Незыблем вечно, как гранит.

К нему с давно минувших пор,
Крестясь, с молитвой обращались.
Ему, ликуя, поклонялись,
Отбив кочевников напор.

Питомцы Дикого Заполья
И старой сумрачной реки, —
Раздолья дети — казаки.
Бич басурманского поморья.

Ватага вольницы — сарыни,
Идя к Стамбулу, на Кавказ —
Просила в храме всякий раз
Благословения святыни.

И, как надежный панцирь бранный,
Их крест Господень сберегал,
Им путь далекий освещал —
Разгульный, бранный и туманный.

10 июня 1928 года
журнал «ВК» № 13
стр. 5