Ходарев В.В.

 

Казачий кладезь

 

Ставрополь

2020 год

стр. 137-138

 

Краски (игры казачат)

Из игроков выбирается Черт, Ангел и Хозяин красок. Остальные назначают себе по цвету и сообщают втайне Хозяину. Приходит покупать краски Черт и говорит:

— Бом, бом.

— Кто идет? — спрашивает Хозяин.

— Черт с горбом.

— За чим?

— За краскою.

— За какою?

Он называет краску и угадывает, кто выбрал себе этот цвет. Еслм угадал — забирает к себе. Потом приходит Ангел.

— Динь, динь.

— Кто идет?

— Монах.

— За чим?

— За краскою.

Следует тот же самый разговор, и Ангел выбирает краски. Когда игроки распределены между Чертом и Ангелом, они поодиночке начинают «исповедоваться» перед Хозяином и Ангелом. Их спрашивают:

— Що це таке?

— Небо.

— А це що?

— Земля.

— А це що? — указывают на восток.

— Рай.

— А це що? — указывают на запад.

— Пекло.

— А в пекли що?

— Бубонец.

— А в бубонци що?

— Гребенец.

— А в гребенци що?

— Пан та паниха.

— Що воны роблят?

— Пьют та гуляют.

— Ишов пан по дробинци?

— Ишов.

— Що вин нис?

— Мих.

— А в миху що?

— Смих.

— Ты смиесся?

— Ни.

Черт, стоя позади, щекочет исповедуемого. Если тот смеется, то идет в пекло, если нет, то к Ангелу. Затем праведники и грешники берутся за палку или канат и тягаются.

 

Журнал «Разведчик»

№ 472

2 ноября 1899 года

стр. 939

 

Лайф-хаки 19 века

 

Определение крепости спирта

 

Для определения крепости спирта, как известно, существуют особые инструменты — спиртомеры. Но, однако и без них можно домашним способом определить приблизительную крепость спирта и степень разбавления его водою. Для этого берут большую столовую металлическую ложку и, влив в нее испытуемый спирт, насыпают самую маленькую щепотку пороху.

Держа на большом расстоянии от лица, во избежание могущей произойти вспышки, содержимое ложки зажигают.

Спирт, если он чист и без примеси воды, должен выгореть без остатка и, в свою очередь зажечь порох, который воспламенится; если же в спирте много подлито воды, то она остается в ложке и не дает пороху воспламениться.

 

Журнал «Разведчик»

№ 472

2 ноября 1899 года

стр. 939

 

Лайф-хаки 19 века

 

Определение свежести рыбы

 

Главным образом надо обращать внимание на цвет жабр, хотя торговцы додумались до подкрашивания жабр. У свежей рыбы жабры красного цвета и дурного запаха не издают, глаза очень выпуклы и упруги, роговица прозрачна, мясо твердо, чешуя шелушится с трудом и блестит. Свежая рыба тонет в воде. Несвежая рыба на воде плавает, жабры сероватые с неприятным запахом, мясо дряблое и при надавливании пальцем на нем остаются углубления, глаза впалые и роговица мутная. Живот у такой рыбы вздутый и на поверхности его замечаются зеленоватые пятна.

 

 

В.В. Ходарев

 

Казачий кладезь 

 

Любопытная книжка. Много рассказов, сказки, словарь, пословицы. Терский словарик процентов на 30 общий с кубанской балачкой. Добавлю его на балачковый сайт со ссылкой. Есть даже балачковая сказка. Ходарев В.В. тоже пишет балачку исключительно в русской орфографии. У автора есть даже сказка про старинную страну Казакию.

 

 

Кубанские Войсковые Ведомости

№ 21

29 мая 1865 год

стр. 3

Приказ по ККВ

Мая 8-го дня 1863 года за № 47

Отставной казак Кубанского Казачьего Войска, станицы Ново-Александровской, Филипп Гордеев, сын Кольцов, явившись 19-го января сего года, в штаб войск Кубанской области, предъявил найденные 12-ти летним сыном его Иваном, в овраге, близ найденной станицы, два куска обработанного золота, из коих один изображает змея, а другой в простом пруте, всего весом 78 золотников.

На основании приложения к 539-й статье (примечание 2) тома X части I сводного гражданского законодательства, издания 1857 года, означенное золото, как редкость, было отправлено к начальнику главного штаба Кавказской армии, по распоряжению коего оно передавалось в главное управление наместника Кавказского, для определения, ни принадлежит ли эта находка к каким-либо замечательным древним изделиям.

По определению специально знакомого с археологией, генерал-майора Бартоломея, найденные два куска золота, составляют ожерелья, которые надевали на себя Тавросклерские цари, сколько можно судить, времен упадка Боспорского царства, именно III или начало IV столетия после Р. Х.

Ценность же металла, из которого выделаны эти вещи, определена ювелирами в 323 рубля 12 копеек.

По представлению затем этих вещей великому князю, его императорское высочество изволил приказать выдать нашедшему их, из экстраординарной суммы ценность металла в ломе, 323 рубля 12 копеек, и сверх того 25 рублей в награду за предъявление находки, всего триста сорок восемь рублей двенадцать копеек, которые и отправлены ко мне 28-го минувшего апреля, для передачи по принадлежности.

О таковом соизволении государя великого князя, за похвальный поступок казака Кольцова, объявляю по Кубанскому Казачьему Войску, с тем, чтобы приказ был прочитан на полных станичных сборах и в строевых частях. Приглашаю местное начальство обратить внимание всего населения на древние и дорогие редкости, скрытые в земле Кубанской. Всякая представленная начальству находка, составляющая редкость, будет, как и теперь, достойно вознаграждена.

Подлинный подписал:

Наказный атаман Кубанского Казачьего Войска генерал-лейтенант граф Сумароков-Эльстон.

 

Журнал «Разведчик»

№ 474

17 ноября 1899 года

Петро Пластун

Один против троих

(Из современной жизни в Закубанье)

30 марта 1899 года трое горцев приехали в станицу Царскую; к лесу приценивались, но ничего не купили — то лес не годится, то цена неподходящая, поездили, поездили, все выглядели да и в лес гайда — было уже поздно, пора и на ночлег. Забрались они в балочку, разложили костер да и решили угнать у казаков быков.

Но молодой казачонок Князев увидел, что азиаты четырех быков урядника Канева угнали и сообщил бывшему в лесу казаку Федору Афанасьеву.

Дядько Хвэдор бросился вдогонку за похитителями, захватив одноствольное ружье, а Князев пустился бежать в станицу, чтобы оповестить о случившемся.

Афанасьев скоро увидел, как по дну балочки трое верховых черкес спешно гнали, подгоняя плетьми, четырех быков. Прикрываясь кустами, нагонял Афанасьев черкес все больше и больше, подбираясь к ним все ближе и ближе.

Вдруг впереди его грохнул выстрел, рукав его рубашки окрасился кровью, а около головы одного из черкес медленно расплывалось белое облачко дыма. Афанасьев был ранен. Еще белое облачко взвилось над другим черкесом и пуля жалобно провизжала над ухом казака.

— Ладно! Стреляйте, окаянные! С коня да с леворверта-та авось не убьете! Ах, сволочь ты этакая! Опять зацепили!

Действительно, заалевшие от крови шаровары показывали, что Афанасьев снова ранен.

— Ну, коли такое дело, вот же и вам на острастку, — говорил Афанасьев, приостанавливаясь, и приложившись стрельнул из ружья.

Гулко прокатился по лесу ружейный выстрел; шарахнулись кони черкес, вероятно дробь хлестнула по ним; бросились, подкидывая задом, быки. Не успев ружья зарядить, Афанасьев бросился за убегавшими, а те нет-нет, да на секунду приостановятся, и выстрел за выстрелом из револьверов глухо щелкают; но видно горячатся стреляющие, неспокойно стоят их кони, пули с визгом и стоном пролетают мимо Афанасьева.

Долго гнался он за отстреливающимися хищниками, но вот стрелять они перестали, очевидно все патроны израсходовали; этого-то только и надо было Афанасьеву.

— Вот когда я с вами рассчитаюсь-то! Ишь не за что в двух местах продырявили человека-то! — говорит Афанасьев, стремительно набрасываясь на ближайшего к нему черкеса. Прикладом взмахнул…

Вряд ли выдержала бы голова азиатская богатырский удар казака! Раскололась бы она вдребезги, если бы не веточка, что зацепилась за ружье и ослабила силу удара. Турманом слетел черкес с лошади и не успел еще он опомниться, подняться, как на нем уже лежал его другой товарищ, бросившийся было ему на выручку.

— Вот теперь я вам покажу, как быков воровать! Как казаков разорять! — говорил Афанасьев, притискивая коленкой горцев, перевязать бы вот теперь сволочь-то эту, да нельзя — вишь вот третий-то черт опять раздумывает — чи тикать, чи товарищей спасать. Иди, иди, окаянный, и тебя в общей куче положу — тогда за одно уж разом всех троих-то вязать.

Третий горец действительно стоял в раздумье: убраться ли ему по добру поздорову или попытаться товарищей выручить. Убежать плохо — товарищей возьмут и его найдут, попытать их выручить — сам пожалуй попадешь в лапы этого шайтана! Ишь черт какой здоровенный над ними сидит, подойди-ка, самого сгребет да под себя и положит, а из-под него и не выберешься! Стоит горец, раздумывает, колеблется, а товарищи зовут его, просят помощи; и их жаль и за себя опаска берет и не знает он, что предпринять, на что решиться ему.

Вот если бы хоть один только патрон ему найти, тогда бы он выручил товарищей, но где его взять, все, что были, расстреляны. Шарит он рукам по карманам бешмета, шаровар и, о радость — нашелся один. «Аллах видно услышал молитву мою, сжалился над ним», — шепчут губы его: дал возможность отплатить гяуру, наказать его, выручить моих товарищей. Нагнувшись и повернувшись спиною к Афанасьеву, незаметно для него зарядил спешно горец револьвер и вложил патрон. Теперь он смело бросился на казака.

Смело ожидал Афанасьев своего третьего противника.

Почти в упор грянул выстрел. «Так вот что! Вот откуда смелость… — отрывками с быстротою молнии неслись мысли в голове Афанасьева, — надо улику! Потом разыщу!»

И судорожно схватив горца за башлык, он рванул его. Силы оставили казака. Как подрубленный дуб, как подкошенный колос, повалился Афанасьев, обливаясь кровью, на землю, с зажатым в руке башлыком, горцы спешили скрыться! Было время, слышался топот и треск… то бежали на помощь казаки из станицы.

Быков поймали; азиаты их бросили; не до них им было уж — лишь бы только спасти свои-то головы. Афанасьева бережно перенесли в станицу и отправили в больницу.

Через месяц он выздоровел, раны зажили; и все бы ничего — кабы не угодила пуля супостата в самый глаз! Так и выбила его, проклятая! Впрочем Афанасьев скоро был утешен: он за его молодецкий подвиг войсковым наказным атаманом был произведен в урядники.

— И не думал, и не гадал, — говорит Афанасьев, — как взыскал меня Господь своею милостью, а начальство — наградою! И за что это такое только? Вот ежели б я всех этих троих чертей гололобых перевязал бы да предоставил куда следует, ну, это бы особь статья, а я то ведь их упустил — опростоволосился, разрядил ружье без времени — нет того, чтобы приберечь заряд для последнего! Ну да начальству виднее, что и как; вот уж истина-то: за Богом молитва, а за царем-батюшкой служба не пропадут!

Зеленськый — козак! Зеленськый — козак?! Зеленськый!!!! Козак??? Ну, выбачайтэ!

 Рекламный ролик украинского сериала «Слуга народу-2»