суббота, 18 ноября 2017 г.

4-я часть
Канивецкий Н.Н.
На вершок от счастья
Краснодар, 1993г.
стр.124-125

ЛЕМИШКА

— А ну, помиряемось кишенею...
— А вищо мени миряться, — важничал Лемишка, — колы я видкиля схочу, видтиля и визьму гроши...
— Да що ты брешишь?
— Брешуть, да други, а не я...
— Скажить, пожалуста, люди добры, яка поштенна морда став наш Лемишка! Видкиля схоче, видтиля и визьме гроши...
— А ось дывысь!
Лемишка обвел взором все общество. В углу, на лавке, сидел коваль Остап Чуприна. Чуприна успел уже порядочно выпить и все общество видел как бы сквозь кисею. Лемишка избрал именно его жертвой своих опытов. Он подошел к Остапу и, обратившись ко всей компании, сказал:
— Дывыться. Бачите — це ж Остапова борода?
— Остапова, — в один голос ответило все общество, заинтересованное невиданным зрелищем.
— А же в цией бороди нема грошей?
— Де ж в чортова батька в бороди, колы и в кишени Остаповой их николы не бува...
— Пасс!
И в присутствии всей почтенной публики он снял с бороды Остаповой двугривенный.
— Оце ж двадцать копиек... А ще раз... Пасс... Це те ж ще двадцать... — повернулся он к изумленным зрителям.
В это время, когда Лемишка стоял спиной к Чуприне и любовался произведенным им впечатлением, последний, как ни был пьян, тем не менее смутно начал осознавать, что Лемишка из его бороды тащит деньги. Он и сам стал искать деньги в своей бороде, но двугривенных
больше не находил. Огорченный этим обстоятельством, он встал во весь свой богатырский рост и, положив могучую руку на плечо Лемишки, мрачно проговорил:
— Отдай гроши!
— Яки гроши? — завертелся Лемишка.
— Сорок копиек!
— Як то отдай?
— А вже ж з моей бороды вытяг, воны ж мои...
— Як же воны твои?
— Аж борода моя, бисова душа, собственна...
— Так що ж, що борода твоя? Борода твоя, а гроши мои...
— И все, матери твоей чорт, що в моей бороди знайдетця, тож мое...
— Николы не дам!
— Не отдасы?
Тут произошло событие, о последствиях которого Явдоха рассказывала своей куме таким образом:
— Як привезли Лемишку, той маты б ридная не пизнала б... Пыка уся розбыта... двох зубив як не було... Черкеска уся обидрана... Цилого рукава, голубонька моя, (тут Явдоха обыкновенно начинала плакать) нема зовсим...
А з роту пина тилькы: хлюп, хлюп. Неначе в чугуни товклы... Друга недиля, як тилькы устав... Отто, як устав, тай поклявся перед Пречистою николы тую чорну мугу не робыты... Теперь знов за шапки взявся... Годи, каже, бо як бы справди зовсим не вбылы...
Таким образом, Лемишка был излечен от своего первого увлечения. Но характер остался характером, и скоро Лемишка стал жертвой нового увлечения.
(продолжение следует)
========================================
5-я часть
Канивецкий Н.Н.
На вершок от счастья
Краснодар, 1993г.
стр.126-127

ЛЕМИШКА

2
Решил Лемишка поехать в Ростов «смушки куповать».
Прибыв в Ростов, он отправился бродить по городу. Проходя мимо вновь строящегося дома, он остановился возле кровельщиков, приготовлявших железо для крыши. В городе, где жил Лемишка, было лишь несколько домов, крытых железом. Лемишка остановился.
— Здорово булы, дядьки!
— Здравствуй, хохол, — ответили кровельщики.
— Що це вы, братцы, тут робыте?
— Не видишь разве — крышу кроем.
Лемишка присел на корточки возле загибавшего лист мастера.
— Зализом?
— Да ты глаза-то свои куда запрятал-то? Не бумагой же...
— Оце диво!
— А ты что ж? Не хочешь ли выучиться?
— А важко цему дилу навчитьця?
— Выучиться?.. В три дня...
Пожалуете, поштенный чоловик, иавнить, будьте ласковы.
— Ты что ж, хохол, думаешь даром учить буду-то?
— Зачим дарма? Я за це могарыч поставлю...
— Ладно: ведро спиртогрею, да три рубля денег...
— Ну добре, — согласился обрадованный Лемишка.
Три дня работал с кровельщиками Лемишка. Резал и загибал листы, олифил, готовил клямеры. Когда был достигнут некоторый успех, Лемишка, поблагодарив своих учителей, купил железо, молотки, ножницы и поехал домой.
По приезде Лемишка разложил все привезенное среди двора, ходил между железом и как-то загадочно улыбался. Явдоха с изумлением смотрела на все это, вздыхала и вспоминала: «Пишлы нови хитрощи, як бы чого не було, як з чорною мугою».
Изумление ее еще больше увеличилось, когда раз, вернувшись с базара, увидела Лемишку, сидящего на крыше и разрушающего ее до основания.
— Боже мий! — воскликнула испуганная женщина, полагая, что Лемишка «зовсим з глузду збився».
— Иване! Що це ты робышь?
— Що? Не бачишь хиба...
— Ох, лишенько мое!.. Хиба ты зовсим сдурив: свою хату руйнуешь. Хиба ж таки можно людям у непокрытий хати житы...
— Эге ж... Иншим матерьялом покрою, що ты з роду не бачила!
— Ивасечку, голубчику, покинь оци хлопотя... Не руйнуй хату. Чим писля покрываты маешь? Нема ж новой ни соломы, ни очерета...
— Чим? Чим? — гордо спрашивал, сидя на крыше, Лемишка. — На бисова батька мени очерет та солома? Годи цему. Це вже старе дило. Е у мене зализо.
(продолжение следует)
========================================
6-я часть
Канивецкий Н.Н.
На вершок от счастья
Краснодар, 1993г.
стр.128-129

ЛЕМИШКА

— Ой, Боже мий!
— Эге ж. И олифа.
Говоря это, Лемишка победоносно разбрасывал камыш во все стороны.
— И галаньска сажа...
— На вищо ж та сажа?
— Э, що сажа? И ярь-мидянка... и гаспедьска земля...
— Ох, мое лишенько! Впьять гаспедьское наважденье...
— Дурна баба! Гаспедьска земля, кажу, це така краска. От бачишь, яка покривля буде... Зовсим паньска хата. Та ще и не в таких панив, як наши, а як ростовски. Зализом укрыта, клямерами прикована, та самисенькою ярь-мидянкою крашона... Ха! ха! Пид такою стрихою не соромо буде и Лемишке шапки шить...
Вокруг плетня Лемишки моментально выросла публика. Последняя крайне была заинтересована, видя, как Лемишка свою собственную хату разрушает. При виде картины разрушения одна баба даже всплакнула:
«Боже мий! Боже мий! Що на цему свити робытьця... Свои хаты стали люди на корень валяты...»
— Що це смушкарь, зовсим здурив? — рассуждала публика.
— Ни! Мабудь яки-небудь новы хитрощи!..
— Де там с лысого батька — новы хитрощи? Яки таки хитрощи, сто чортив йому в хвист, коли чоловик свою хату руйнуе...
— Гей, Лемишка! Що це ты робышь?
Но Лемишка делал вид, что, занятый своею работой, он не слышит обращенных к нему вопросов.
Когда от крыши остался один скелет, запыленный Лемишка слез с крыши и принялся готовить железо. Явдоха сидела в хате и плакала.
В это время по улице шел квартальный Завертайченко.
Увидя толпу возле плетня, Завертайченко счел долгом узнать, «зачим, например, скопление людей»?
— Що це тут сватання?
— Ни.
— А що ж — хрестины?
— Ни... Смушкарь щось з зализом заходивсь...
Лемишка, действительно, сидел среди двора. Он видел любопытные взоры, направленные на него через плетень, и торжествовал. Он обрезал листы и с громом разбрасывал их по двору. Завертайченко долго рассматривал, что делает Лемишка, и решил, что здесь обязательно требуется вмешательство власти. Осторожно перейдя «перелаз», начальство подошло сзади к беспечно торжествующему Лемишке.
— Це ты, Лемишка?
Лемишка вскочил, торжественный вид моментально слетел, и шапка сама собой упала с головы.
— Що це ты тут робышь?
— Зализо рижу.
— На бисова батька ты то зализо рижешь?
— Хочу хату крыты...
— Що?
— Кажу, хату хочу крыты.
— Чим?
— Зализом...
(продолжение следует)
========================================

Комментариев нет:

Отправить комментарий